История исчезновения известного логиста из пригорода Сертолово в Ленинградской области Вадима Бесарабы до сих пор вызывает множество вопросов. Мужчина пропал ещё в январе текущего года. Его искали волонтёры, сотрудники органов дознания и даже участники поисковой группы правозащитника Ивана Васильева. Однако на протяжении нескольких месяцев никаких следов Вадима обнаружить не удавалось.
Что произошло
По имеющейся информации, Вадим Бесараба проживал вместе с родителями. Ранее он был женат, но впоследствии развёлся.
Во время новогодних каникул мужчина почувствовал себя плохо и был госпитализирован в больницу Токсово с жалобами на сильные боли в области живота. По словам родственников, врачи поставили ему диагноз «разрыв аорты». Однако вскоре произошло необъяснимое: пациент исчез.
Как утверждает главный врач медицинского учреждения, Вадим якобы самовольно покинул больницу.
После этого его никто больше не видел.
Ни единственный близкий друг, ни работодатель, ни бывшая супруга не знали, куда он мог направиться. Для всех его исчезновение стало полной неожиданностью.
На первый взгляд подобные истории могут показаться рядовыми. Однако в данном случае имеются обстоятельства, которые, по мнению близких и общественников, требуют самого тщательного расследования.
Безупречная репутация
Речь идёт не о человеке, ведущем асоциальный образ жизни.
Вадим Бесараба был известным логистом в Сертолово, многие годы работал по специальности, пользовался уважением коллег и, как утверждает работодатель, имел безупречную трудовую репутацию. За всё время работы у него не было ни прогулов, ни запоев, ни дисциплинарных взысканий.
Кроме того, Вадим прекрасно ориентировался на местности, хорошо владел картами и не относился к числу людей, которые могли бесследно заблудиться в знакомом районе.
Камеры не работали, свидетелей нет
На сегодняшний день остаётся немало вопросов относительно обстоятельств исчезновения Вадима.
По словам родственников, камеры видеонаблюдения больницы именно в тот день по неизвестной причине не работали. Очевидцев, которые могли бы подтвердить, что Вадим действительно самостоятельно вышел из медицинского учреждения, не нашлось.
Ни один водитель автобуса, курсирующего по маршруту от больницы до дома Вадима, не подтвердил следствию, что видел его. Камеры наружного наблюдения расположенных поблизости магазинов также не зафиксировали мужчину.
Согласно имеющейся информации, сервисами такси он не пользовался, банковскими картами после исчезновения не расплачивался.
Фактически единственной зацепкой для дознавателя стал сигнал мобильного телефона, который был зафиксирован в районе деревни Рапполово, неподалёку от Токсово.
Именно там волонтёры неоднократно прочёсывали лесной массив.
Однако поиски результата не дали.
Тело нашли там, где уже искали
Спустя некоторое время произошло то, что вызвало ещё больше вопросов.
Тело мужчины было обнаружено грибниками именно в том лесу, который ранее уже обследовали поисковые группы.
После обнаружения останков материал проверки был передан из органов дознания в Следственный комитет по Мурино.
После этого, как утверждают родственники и общественники, публичной информации о ходе проверки практически не появлялось.
Вопросов становится только больше
По мнению близких погибшего, остаётся ряд обстоятельств, которые требуют официального разъяснения.
Во-первых, каким образом Вадим оказался в лесу возле Рапполово? Даже если предположить, что он действительно самостоятельно покинул больницу и поймал попутный автомобиль, остаётся непонятным, по какой причине он оказался глубоко в лесном массиве.
Во-вторых, родственники ожидают официальных ответов относительно личности обнаруженного погибшего. Проводилась ли молекулярно-генетическая экспертиза (ДНК)? Получены ли окончательные выводы судебно-медицинской экспертизы? Какими доказательствами подтверждена личность погибшего?
Кроме того, по словам общественников, отсутствует информация о том, возбуждено ли уголовное дело либо по каким основаниям принято процессуальное решение.
Позиция правозащитника
Правозащитник Иван Васильев считает, что расследование требует более активных действий со стороны правоохранительных органов.
«Дело похоронили в корне. У меня даже данных о возбуждённом уголовном деле нет. Мы можем говорить о насильственной смерти. Потому что тело вдруг как из воздуха появилось. Я лично ездил в Раполово и Зубровник и искал там тело. Не было тела. И вдруг тело появилось».
Эта позиция отражает мнение самого правозащитника и не является установленным фактом. Окончательные выводы о причинах смерти могут быть сделаны только по результатам процессуальной проверки и судебно-медицинских исследований.
Риск, что дело замнут остаётся
По словам родственников и общественников, они ожидают официальных результатов судебно-медицинской экспертизы и надеются на полноценную проверку всех обстоятельств произошедшего.
Родители Вадима Бесарабы больше всего опасаются не только того, что уголовное дело так и не получит должного развития, но и того, что судебно-медицинская экспертиза ограничится формальной формулировкой о невозможности установить причину смерти из-за длительного пребывания тела в лесу.
Однако современные возможности судебной медицины значительно шире подобных шаблонных выводов. Даже при выраженных гнилостных изменениях специалисты способны использовать комплекс методов исследования: молекулярно-генетическую (ДНК) экспертизу для достоверной идентификации личности, компьютерную посмертную томографию (так называемую «виртопсию»), гистологические, токсикологические и иные лабораторные исследования.
Международная судебно-медицинская практика показывает, что при тщательном комплексном исследовании причину смерти удаётся установить даже у тел, находящихся в далеко зашедшей стадии разложения. При этом научные публикации свидетельствуют, что грамотно проведённое исследование разложившихся тел позволяет определить причину смерти в подавляющем большинстве случаев, а современные методы посмертной компьютерной томографии помогают выявлять травмы, кровоизлияния и другие повреждения даже после длительного времени с момента смерти.
Продолжение следует…
