Ещё два года назад Shaman (Ярослав Дронов) казался безальтернативным музыкальным символом «нового патриотизма». Флаги, берёзы, надрывный вокал на грани срыва — его образ работал как часы, собирая миллионы просмотров и полные залы. Однако с недавнего времени стратегия радикально изменилась. Теперь Дронов лижет лёд на Байкале в откровенно ироничном ролике, запускает мемы с собственным участием и, наконец, выпускает клип «Росси», в котором припев его песни поют цифровые аватары реальных артистов, признанных иноагентами. Список впечатляет: от Андрея Макаревича* до Земфиры* и Моргенштерна*. Толпа «дипфейк-иноагентов» старательно выводит «Россия - Мама» — и это уже не гимн, а чистый фрик-перформанс.
Параллель со Стасом Барецким, который для многих остаётся китчевым персонажем из 90-х с фейками о криминальном прошлом и эпатажными выходками, на первый взгляд может показаться натянутой. Но биографии двух артистов сближаются по траектории «отличник → травма → перезагрузка через фрика». Барецкий в юности, по словам одноклассников, был примерным учеником, играл на аккордеоне советские песни. Всё изменила автомобильная авария: шрамы на лице, сбой метаболизма, резкий набор веса — и осознанное решение монетизировать свою «неправильную» внешность и поведение. Затем — сознательное конструирование образа: фейковые биографии, гипертрофированная «братва», работа на грани стыда и абсурда.
Дронов проходит ту же спираль, только на более технологичном витке. Отличник музыкальной школы и Гнесинки, он после неудачной попытки закрепиться в поп-индустрии выбрал радикальный патриотический имидж. Теперь, когда ресурс той модели выработан, Shaman пересобирает себя в пространство тотального постмодерна: ИИ-видео, троллинг и нарушение табу становятся новым продуктом. Как и Барецкий, он сознательно отказывается от «нормальности» в пользу тотальной иронии, в которой зритель никогда до конца не понимает, где искренность, а где — циничный бизнес.
С клипом «Россия-Мама» возникает несколько нетривиальных юридических и репутационных узлов. Использование образов и голосов (пусть даже сгенерированных нейросетями) живых артистов без их согласия — это прямое вторжение в зону авторского права и права на изображение. При этом сам формат ставит артистов, многие из которых покинули страну или открыто критикуют власть, в положение невольных «исполнителей» патриотического припева. С точки зрения медиаправа это классический deepfake-казус, который ещё не получил однозначной оценки в российских судах, но уже запустил бурную реакцию в профессиональной среде. По сути, Shaman превращает иноагентов в своих «приглашённых артистов» без договоров и роялти, извлекая из их медийного капитала прямую выгоду.
Увы, но Shaman больше не пытается быть просто певцом. Он строит метавселенную собственного мифа, в которой патриотический лозунг и троллинг иноагентов объединяются в единый сценический продукт.
*признаны Минюстом РФ иностранными агентами
